Иметь фотоаппарат солдату в Советской армии было запрещено. Дембельский альбом, не смотря на запреты, ковался тайно, по ночам, в каптерках и кладовках. Сделать фото на память, проявить пленку, отпечатать фотографии, и все это втайне от командования, было для нас и отдушиной и ниточкой связи с внешним миром.
Едва призвавшись на службу, мы начинали мечтать о дембеле. Вернуться домой, достать из чемодана тяжелый дембельский альбом, все посмотрят и ахнут, и поверят в твои суровые армейские будни, непременно проникнутся к тебе бесконечным признанием, любовью и уважением, особенно девушки. Такие были мечты у всех.
Когда ты был надолго оторван от привычного мира, то фотография становилась особо ценным артефактом. На ней ты в форме, хорош собою, несешь службу, а значит достоин всяческих похвал.
Фотографию можно было вложить в конверт и отправить родным , друзьям, а лучше конечно своей девушке, от этого она будет любить тебя еще сильнее.
Содержание
Солдатский фотоаппарат
Что бы фотографировать в армии, нужен был фотоаппарат, надежный, простой и недорогой. Если отнимут, то не страшно. Самым массовым и востребованным фотоаппаратом у нас была камера «Смена».
Фотоаппарат «Смена 8» в армию мне прислал отец в обычной посылке, через полгода после начала службы. В той же посылке находился портативный фотоувеличитель УПА и запас фотопленки, фотобумаги и реактивов.
К тому времени я закончил обучение в школе младших авиационных специалистов и прибыл в учебный полк Саратовского Высшего военного училища летчиков, расположенного вблизи станции Озинки.
В полку меня определили в группу средств объективного контроля. Нашей задачей была расшифровка показаний бортовых самописцев, фиксирующих скорость и высоту полета вертолетов.
Группе были приданы две крохотные комнаты при учебном классе. В одной хранились документы, записи, шаблоны. В другой был хозяйственный склад всего нужного и не очень, от швабры с половой тряпкой до наших личных вещей.
Аэрофотопленка
Исследовав закрома и сусеки, я обнаружил большие запасы реактивов для составления проявителя и фиксажа, а так же коробки с аэрофотопленкой. Все это уже давно не использовалось, как бы неликвиды.
Фотопленка оказалась вот такая «Изопанхром тип-17» , чувствительностью 500 ед, причем без привычной перфорации.
В общем, кто снимал на пленку, тот в курсе, что перфорация нужна для перемотки и взвода на следующий кадр и без этого работа фотоаппарата невозможна. Но только не для «Смены 8».
В «Смене» пленка перематывается из кассеты в кассету. Диск перевода кадров не синхронизирован с затвором фотоаппарата. Протяжка пленки на один кадр регулируется счетчиком с зубчатым колесиком, которое отсчитывает количество дырочек перфорации.
Когда пленка протянута на один кадр, то вращение диска перевода блокируется, пока вы не нажмете кнопку спуска.
Опытным путем я определил число поворотов диска для перевода пленки на один кадр. Допустим два оборота, потом взводился затвор и делался кадр.
Первая проявка показала, что межкадровое расстояние получалось разное, то чуть меньше, то чуть больше. Но, в общем, протягивать пленку без перфорации таким способом вполне реально.
Кроме этого фотопленка оказалась намного тоньше, чем привычная «ФОТО 64» и в кассету при полной намотке помещается метра три, которые не влезут в проявочный бачок. Ну, это потом отрегулировалось. В темноте по шаблону я отмерял положенную длину пленки и заряжал кассету.
Дисциплина никогда не была сильной стороной Советской армии.Лабораторию для проявки пленки и печати фотографий я оборудовал в одной из наших кладовок при учебном классе.
Вечером там никогда никого не было. После ужина и до отбоя можно было всегда туда прийти и 2-3 часа незаметно поработать. Увеличитель легко собирался и потом легко разбирался и складывался в чемоданчик.
Фотографии не глянцевал, раскладывал для просушки где придется, утром пока никого нет, прибегал туда снова и уже складывал просохшие снимки.
Проявитель Д76
Классический проявитель для пленки готовил сам из найденных реактивов. Для взвешивания были изготовлены весы. Чашечки из крышек от консервных банок. Коромыслом служил карандаш. Разновесы из медных монет. 1 копейка-1 грамм. А полграмма как? 1 копейку распилил пополам.
Для бумаги готовил проявитель УП 2.
Кроме меня в полку еще несколько человек имели фотоаппараты и тоже что- то снимали, проявляли и печатали. У них не было такого места как у меня, поэтому лабораторию устраивали в основном в казарменных каптерках.
Это были места в которые часто заглядывал дежурный по части, начальник штаба, старшина. Если обнаруживали что- то запретное, то в лучшем случае просто отнимали.
Все наши знали, что у меня неиссякаемый источник фотопленки и реактивов. Поэтому снабжал всех и пленкой и проявителем.
Из клочка газеты складывался кулек (как для семечек), в него насыпал сухую смесь реактивов, карандашом подписывал, к примеру « для пленки на 1 литр».
Что мы фотографировали
Если коротко, то общее название этого жанра «фото на память». Вспоминаю эти годы и удивляюсь упущенным возможностям зафиксировать интересные и значимые моменты бытия. С точки зрения меня сегодняшнего, в той жизни было очень много любопытного, на которое я сейчас бы смотрел с большим интересом. Но нет…. Не созрела тогда еще душа для этого.
Тайная фотосессия
Зимним утром, выезжая на аэродром на полеты, я захватил фотоаппарат с собой. Днем неожиданно в мою комнату на КДП прибежал знакомый. Мол, на аэродроме сел вертолет МИ 6, перелетающий из Афганистана, с пушками, с дырками от пуль, идем фотографироваться.
Быстро сфотографировались на фоне вертолета, посматривая на кружащиеся высоко в небе борта, и сразу обратно. Интуиция подсказала, поэтому забегаю в кочегарку, там есть тайничок. Вынимаю из стены кирпич, кладу в нишу фотоаппарат, следом на место кладу кирпич. Потом бегом к себе на КДП.
Оказывается, меня уже там ждут. Кто- то из воздуха видел нашу фотосессию и доложил руководителю полетов. Меня обыскивают, ничего не находят, докладывают командиру. Тот по селектору настаивает обыскать все КДП.
От фразы «Хоть в сортир ныряйте, а фотоаппарат найдите» я закрыв глаза мысленно представил наш сортир с обледеневшей дыркой, и подумал «Лучше бы туда бросил».
Через полчаса радостно докладывают командиру по селектору «Нашли!». Трое суток гауптвахты не смогли погасить любви к фотографии.
Освобождать меня пришел командир группы. Оглянулся и протянул мне фотоаппарат с открытой задней крышкой: «На!». Я машинально спросил : «А пленка где?»
О пользе эротики
Кто- то из курсантов привез с собой на летную практику эротические карты. Один парень из нашей группы попросил у него на денек посмотреть и не отдал обратно. Сказал что, мол потерял.
Вечером вижу как тот, что «потерял» вырезывает ножницами обнаженных красавиц и наклеивает их в свой дембельский альбом, вдохновенно так, любуясь, закрывая глаза от удовольствия. Творение свое относит в каптерку и кладет в чемодан. Там вскоре альбом и находит начальник штаба.
Почти одновременно по времени наш командир группы (старший лейтенант) пишет рапорт начальнику штаба отпустить в отпуск сержанта Витю , командира отделения ко дню Великой Октябрьской Социалистической революции.
Начальник штаба в праведном гневе пишет на рапорте: «Отказать. Хранит порнографию». Хотя Витя- то тут при чем?
Командир группы робко : «Тогда давайте Максимова в отпуск отправим?»
Так я поехал домой в долгожданный отпуск.
Поколение без будущего
Известно, что молодежь всегда любит как- то выпендриться. Трое наших парней в полку раздобыли знамя военной авиации. На нем написали крупно «Поколение без будущего».
Сфотографировались втроем, с унылыми лицами, держа это знамя на вытянутых руках. Фотографию хранили в своих чемоданах, в каптерке. Угадайте с трех раз- кто ее там обнаружил?
Правильно — начальник штаба. Пошло расследование, вызвали особиста из Саратова, говорили об измене Родине, поминали какую- то музыкальную западную группу «Поколение без будущего», исполняющей реакционную, безыдейную музыку.
Ребят таскали на беседы и допросы почти полгода, пока на дембель не ушли.
Дембельский альбом
Посмотрев как делают свои дембельские альбомы ребята, которые были старше нас на полтора года , я был озадачен.
Главным военным трофеем, добытым за время службы, оказывался именно этот альбом с бесчисленными фотографиями.
Альбом представлял собой образец дичайшего китча. Переплетался обязательно красным бархатом. Обложку украшали латунные буквы наклеенные клеем бф 2. Каждый альбомный лист окрашивался капельным разбрызгиванием гуаши разного цвета с помощью зубной щетки.
Листы с фотографиями перекладывались листами кальки с рисунками атакующих вертолетов и самолетов, поражающих сонм врагов.
Обязательными были надписи вроде «Два года без женской ласки» и ряда других , способных тронуть душу простого человека.
Ну и конечно бесчисленные фото хозяина альбома, несущего трудную службу, защищающего покой и сон всех остальных граждан.
Весил такой фолиант около 5 кГ.
Альбом я не делал. Толстую пачку фотографий, сделанных за время службы сложил просто в полиэтиленовый пакет.
Было это все 40 лет тому назад.
